Два месяца назад знакомый рассказывал мне о своих мытарствах по замене счётчика холодной воды:
— В 8 утра приходишь к двери приёмной абонентского отдела «Водоканала» на улице Тельмана, а там уже очередь — человек 10. И не факт, что ты в этот день сдашь документы. Потому что приём ведут только в одно окно и лишь до 12 часов.
Признаюсь, я его слушал вполуха. Пока самого жаренный петух ни клюнет в одно место, чужая беда за живое не трогает.
А тут на днях жена заглянула в папку с документами и огорошила:
— В феврале истекает срок годности водомера на холодную воду. Если не установим новый, то будут брать по нормативу. А это — бешенные деньги.
И вот я бегу от одного хозмага к другому – ищу водомер. Нужен прибор фирмы «Бетар» 2026-го года выпуска. Мол, это непременное требование контролёров «Водоканала».
Признаю, что в технике я тупица, но до меня, хоть убей, не доходит, чем прибор учёта воды, выпущенный, скажем, в декабре 2025 года хуже своего собрата, произведённого спустя две-три недели, но когда на календаре уже были цифры 2026.
За Центральным рынком по наитию заглядываю в подвальчик с надписью «Газовое оборудование». И там – слава моей интуиции! – продавец тотчас протягивает картонную коробочку. Божится, что в ней находится счётчик воды. И произвела его фирма «Бетар» в январе 2026 года. В ответ я с благодарностью протягиваю ему тысячерублёвую купюру.
Прижимая к груди сумку с заветной коробочкой и папку с документами: паспорт на действующий водомер, свидетельство о его предыдущей поверке, свидетельство о собственности на квартиру, мой гражданский паспорт и т. д. и т. п. – бегу от Центрального рынка в горку к торговому центру.
Начинаю спускаться к грязно-жёлтому одноэтажному зданию с надписью крупными синими буквами «Водоканал» и замечаю, как по узенькому тротуару на другой стороне улицы в том же направлении ускоренным шагом движутся две женщины. Закрадывается дурное предчувствие.
Когда вижу людей, толкущихся у серой железной двери с надписью «Приёмная абонентского отдела по населению», осознаю, что мне здесь будут не рады.
Так и есть — внутри полным-полно народа. Не то, что сесть, а и свободно стать надо ещё исхитриться. На учтивое: «Кто крайний?» меня кивком головы отсылают: «В той стороне спросите».
Приблизительно выявив крайнего, начинаю изучать листки со всевозможной информацией, коими заклеены стены, а также стеклянная перегородка, отделяющая посетителей от персонала «Приёмной абонентского отдела».
Мужчина, немногим моложе меня, бурчит, что второй день толкается в очередях. Вчера окошко закрыли перед самым его носом. Потому что у них, видите ли, истекло время работы. И показывает мне прикреплённый к двери листок.
Вновь и вновь перечитываю текст на нём: «Режим работы приёмной абонентского отдела с 06.10.2025г. Понедельник – Пятница с 8-00 до 12-00. Выходной суббота, воскресенье». И никак не могу взять в толк. Выходит, структура, которая кровно заинтересована, чтобы люди своевременно ставили приборы учёта и платили по их показаниям деньги, чинит добросовестным плательщикам всяческие препоны?
От этих скорбных мыслей меня отвлекает женщина явно пенсионного возраста, которая в голос возмущается:
— Позавчера приходила – не попала. Вчера отстояла огромную очередь – за три человека передо мной окно приёма закрыли. Если и сегодня не попаду, принесу раскладушку и буду здесь ночевать, чтобы быть первой в очереди.
А я тем временем читаю ещё более абсурдное объявление: « В связи с увольнением сотрудников приём ведётся в одно окно».
И это при том, что изначально длина стойки предполагала: приём посетителей здесь должны вести в три окна.
Далее, из вывешенных инструкций я узнаю, что устанавливать водомер гражданам следует «Частным порядком». То есть, где-то в подворотне я должен разыскать некого «дядю», имеющего набор гаечных ключей и, заплатив ему любую затребованную сумму, обеспечить «Водоканал» прибором, по показаниям которого он будет ежемесячно изымать у меня существенную часть пенсии.
Чем ближе стрелка часов к 12-00, тем жёстче граждане следят за тем, чтобы никто не протиснулся к окошку без очереди. За пять минут до закрытия приёмной абонентского отдела теряю последнюю надежду. Оглядываюсь и вижу два десятка таких же бедолаг, без толку убивших в этой очереди день своей жизни…
На следующий день прихожу пораньше. Опять открыто только одно окно. Зато моим сединам находится свободный стул у стены.
Молодая женщина в зелёном мусульманском платке, безропотно стоящая у деревянной притолоки, ободряюще говорит:
— Сегодня ещё не так много людей. В понедельник сюда вообще не втиснешься – половина людей ждёт на улице.
Однако, абонентов, желающих сполна отдать государству свои «кровные» за потреблённую воду, становится всё больше и больше. А потому на вопрос: «Кто крайний в очереди?» следует ответ: «На улице спрашивайте!»
Вот женщина средних лет встаёт навстречу вошедшему мужчине:
— Вторая смена пришла! И, обернувшись к очередникам, поясняет: — Дальше вместо меня будет муж стоять.
Вот ведь до чего додумались кисловодчане – очередь в приёмную абонентского отдела «Водоканала» превратили в семейный подряд.
Наконец, порог помещения с большим трудом переступает крупная пожилая женщина в защитной маске на лице. Ей уступают стул. Она долго слушает доносящиеся со всех сторон разговоры: кто сколько дней стоит в очереди, перед кем накануне закрыли окошко. Наконец, неожиданно сильным для старой больной женщины голосом говорит:
— Это же издевательство над людьми. Почему вы все молчите?
Мужчина зрелого возраста полушутя, полувсерьёз отвечает:
— А что мы можем сделать? Революцию устроить? Но среди нас нет Ленина.
На специалиста, которая энергично и со знанием дела ведёт приём, обрушивается шквал упрёков:
— То, что из вашей конторы увольняются люди, это ваши проблемы. Почему вы их на нас сваливаете?
Женщина раздражённо, но твёрдо отвечает:
— А вы придите к нам, поработайте. И вообще, такие вопросы задавайте руководству.
Предвидя подобный ответ, я накануне открыл сайт ПТП «Кисловодское» и долго звонил по единственному указанному там контактному телефону: 2-58-25. Сколько ни набирал – в ответ тишина. Козе понятно, что телефон отключают, дабы не выслушивать бесчисленные претензии абонентов.
Минут за 40 до закрытия приёмной абонентского отдела, за стеклянной загородкой появляется ещё одна оператор и открывает второе окно. Очередники взбодрились. Хотя очевидно, что половина из них так и не попадёт сегодня на приём к специалисту абонентского отдела.
В их числе и молодая энергичная брюнетка. Она с горечью произносит:
— Подумать только: в этом помещении я убила неделю своей жизни. Обидно!
Тогда что же говорить о нас — тех, кто вдвое — втрое старше её. Ведь нам осталось жить не десятки лет, а считанные годы или месяцы!
Если когда-нибудь удастся дозвониться до руководства ПТП «Кисловодское», я заранее предугадываю ответ: мол, у нас бюджетное предприятие, повышать зарплаты до уровня частных санаториев, где работать легче и приятнее, мы не можем. Поэтому сотрудники увольняются, и нам приходится держать открытым лишь одно окно в приёмной абонентского отдела.
Бездумная централизация сферы обслуживания населения привела к тому, что простым людям невозможно достучаться до инстанций, способных решить их проблемы. ПТП «Кисловодское» — лишь одно из структурных подразделений Предгорного межрайонного водоканала. А тот, в свою очередь, – только винтик в громадном «Крайводоканале». Туда жаловаться на очереди в приёмной абонентского отдела в Кисловодске – всё равно, что биться головой о железобетонную стену.
Хотя есть в нашем городе структуры, которых страдания сотен жителей Кисловодска должны были бы обеспокоить в силу служебных обязанностей. Ведь, согласно федеральному закону № 131 «Об общих принципах организации местного самоуправления в РФ», организация в границах поселения водоснабжения и водоотведения относится к вопросам местного значения. Будем надеяться, что когда-нибудь муниципальная администрация Кисловодска и городская Дума помогут местному подразделению «Водоканала» решить кадровые проблемы.
Николай Близнюк
Фото автора
