Вот каким образом 10 марта 2025 года глава государства настраивал чиновников почтить память писателя:
«Учитывая выдающийся вклад М.Е. Салтыкова-Щедрина в отечественную культуру и в связи с исполняющимся в 2026 году 200-летием со дня его рождения, постановляю:
«Рекомендовать органам государственной власти субъектов Российской Федерации и органам местного самоуправления принять участие в подготовке и проведении мероприятий, посвящённых празднованию 200-летию со дня рождения М.Е.Салтыкова-Щедрина».
В юбилейную дату – 27 января – в читальном зале Центральной городской библиотеки имени Солженицына ведущий библиотекарь Елена Самохина посвятила Михаилу Евграфовичу Салтыкову (Н. Щедрин – был его литературный псевдоним) очередную часовую лекцию из продолжающегося уже третий год авторского проекта «Когда жизнь интереснее романа».
Рассказ о трудной и заковыристой судьбе Михаила Евграфорича предваряла заставка с портретом писателя и его словами: «От иронии до крамолы – один шаг». Не счесть сколько раз иронию писателя истолковывали как крамолу и обрушивали на автора всевозможные порицания и кары.
Ведущий библиотекарь начала своё выступление с детства и юности писателя, потому что в последствие они предстали в художественном преломлении в его произведениях.
Будущий отец писателя – потомственный дворянин Евграф Салтыков – женился на красавице, которая была моложе его на 25 лет. К тому же Оля Забелина происходила из купеческой среды, а потому, по мнению всех Салтыковых, была недостойна носить высокий титул дворянки.
Родив девять детей (один из которых умер в младенчестве), Ольга Салтыкова превратилась в грузную барыню с весьма властным характером. Все хозяйственные заботы в их помещичьей усадьбе в Тверской губернии она взяла на себя – муж только читал книжки и предавался размышлениям об абстрактных материях.
Помещица была весьма сурова не только с крепостными крестьянами, а и с собственными детьми. Хотя родившийся шестым Михаил слыл её любимчиком, вот как он вспоминал своё детство: «Я начал себя помнить с момента, когда меня жестоко высекли. Было мне тогда, должно быть, года два, не больше.
Многие черты матери писатель запечатлел в образе Арины Петровны в романе «Господа Головлёвы».
При всём том, Ольга Салтыкова сознавала сколь важно дать детям хорошее образование.
Михаила Салтыкова домашние учителя муштровали так усердно, что он сразу поступил в третий класс Московского дворянского института.
Через год его, как лучшего ученика, перевели в Императорский Царскосельский лицей, в котором не так давно учились Пушкин и другие лицеисты, ставшие выдающимися деятелями своей эпохи.
Михаил в лицее тоже писал стихи. Но когда осознал, что «вторым Пушкиным» ему не стать, раз и навсегда оставил опыты стихосложения.
Угрюмый и конфликтный Салтыков, которого мать-помещица не баловала денежными переводами, в 1844 году окончил Царскосельский лицей и определился чиновником низкого ранга в канцелярию военного министерства.
Но зато, находясь в Петербурге, он сотрудничал в лучших журналах того времени: «Отечественных записках» и «Современнике». В 1848 году в печати появилась повесть Салтыкова «Запутанное дело».
В это время в Европе прокатилась волна буржуазно-демократических революций. В ответ в самодержавной России усилилась реакция и цензура. Недобрый взор обратили и на повесть «Запутанное дело». А когда выяснилось, что её автор ранее посещал кружок крамольного Михаила Петращевского, 22-летнего Михаила Салтыкова тут же отправили в ссылку в Вятку.
Там выпускник Царскосельского лицея, потомственный дворянин Салтыков сначала работал рядовым писцом. Но вскоре способности молодого человека заметили и стали продвигать по службе. В 1850 году 24-летнего ссыльного чиновника назначили советником при губернаторе.
Казалось, с литературой покончено. Но мотаясь по губернии и вникая в различные конфликтные ситуации, Михаил Евграфович подспудно собирал материал для своих будущих очерков, повестей и романов.
В 1855-м году Император Николай I скончался. Его приемник Александр II позволил Салтыкову вернуться в столицу.
Живые наблюдения в провинции легли в основу «Губернских очерков» — первого крупного сатирического произведения Михаила Евграфовича, которое он, опасаясь за свою чиновничью карьеру, подписал псевдонимом Н. Щедрин.
И в дальнейшем большинство своих произведений писатель подписывал Н. Щедрин. Или М.Салтыков (Н.Щедрин). Это уже в советском литературоведении сочинили двойную фамилию Салтыков – Щедрин. Да и то, не очень твёрдо придерживались этой версии.
Елена Владимировна Самохина показала слушателям, большинство из которых постоянно ходят на её лекции, книгу Михаила Евграфовича, выпущенную в 1950-м году и подписанную Н. Щедрин.
Чиновничья карьера Михаила Евграфовича складывалась успешно. Сначала его назначили вице-губернатором в Рязанскую губернию. Затем – в Тверскую. Деятельность в Рязани и в Твери, где вице-губернатору приходилось общаться с гражданами всех сословий, значительно обогатила его жизненный опыт.
В 1868-м году Салтыков окончательно уходит в отставку со службы и посвящает себя творчеству. Одно за другим в печати появляются его разнообразные произведения. Их высоко оценил признанный мэтр русской литературы Иван Тургенев и другие деятели культуры. Лидер художников-передвижников Николай Ярошенко, чей прах покоится в Кисловодске в 1886 году написал последний прижизненный портрет Михаила Евграфовича.
Похоронили писателя-сатирика 10 апреля 1889 года на Волковском кладбище в Петербурге. В этот день шёл сильный дождь. Тем не менее, прощальные речи у могилы писателя продолжались четыре часа, а на венке была надпись «Борцу за правду».
Как всегда, после лекций Елены Самохиной о поэтах и писателях, многие слушатели кинулись перечитывать их произведения. В этот раз в их числе был и я. В своих книжных завалах откопал книгу Господа Головлёвы, изданную в серии «Школьная библиотека» в 1968-м году. Тогда в рамках школьной программы я быстренько «прошёл» Салтыкова-Щедрина и за последующие полвека к его книгам ни разу не возвращался.
А тут взялся перечитывать и приятно удивился — ведь, действительно, классный писатель. Только не читайте предисловия советского периода – они настолько «идеологически выдержанные», что способны напрочь отбить охоту вникать в произведения мастера.
Николай Близнюк
Фото автора
