СОКРАЩЕНИЕ В НАГРАДУ ЗА ТРУД

щукин1 САЙТ

“Кавказская здравница”, 25.03.2016

Появление в интернете информации о беспрецедентном ЧП в кисловодском санатории имени Георгия Димитрова вызвало множество звонков в «Кавказскую здравницу». Читатели просили узнать подробности: действительно ли в помещении компрессорной, откуда подается воздух для ингаляций, работал сварочный аппарат, или это привычный грязный пиар против курорта в преддверии курортного сезона? Какие причины толкнули руководство санатория на внезапное увольнение человека, проработавшего в нем 20 лет? И, наконец, чем закончилась эта история?

Сократить нельзя оставитьDSC_0003

Информацию о вопиющих нарушениях в здравнице, вызвавшую столь широкий резонанс, в мае 2015 года придал гласности Владимир Щукин, слесарь-сантехник по обслуживанию минералопроводов и грязевых установок в лечебном отделении санатория, в который он пришел еще в 1997 году, за 3 года до того, как лечебное отделение БФО было передано к санаторию Димитрова. Так что же могло заставить человека, отдавшего здравнице треть жизни, вдруг в мае 2015-го бросить вызов своему начальству? И чем это объясняет само начальство?

Директор-главный врач Раиса Меличко и начальник инженерно-эксплуатационной службы Александр Логвин, с приходом которого в санаторий в 2013 году Щукин как раз и связывает начало всех своих бед, в один голос утверждают, что основная причина кроется в сокращении должности, которую все эти годы  занимал Владимир Николаевич.

– Решение сократить должность слесаря-сантехника по обслуживанию минералопроводов и грязевых установок было принято не нами, а нашим руководством, то есть холдингом. Ведь сейчас по всей стране идет оптимизация штатной численности, и у нас за 4 года из 460 человек осталось 330, – объяснила нам директор. – Раньше было грязехранилище, грязь качалась насосами, но с переходом на аппликации грязевых установок не стало, так что необходимость в их обслуживании отпала. Это же касается и обслуживания минералопровода. Он теперь оснащен автоматической подачей и подогревом, так что у сантехников и соприкосновения с нарзаном больше нет, и получаемой ими прежде доплаты за вредность не требуется… Щукину предложили перейти слесарем-сантехником ИЭС, но он отказался: зарплата меньше, без доплаты за вредность, да и работа более грязная. Его должность сокращается 15 марта 2016 года.

А ведь через год санаторий мог бы чествовать своего ветерана по случаю 20-летнего юбилея работы на этом месте! Почему-то все наоборот, совершается вторая попытка сокращения Щукина. Первая была еще в прошлом году: об увольнении с 3 июня ему тогда поспешили сообщить письмом, датированным 1 апреля – днем юмора. Но Владимиру Николаевичу было совсем не до веселья: ремонтные работы на минералопроводе еще велись вовсю, необходимость в его обслуживании отнюдь не отпала, никуда не делся и большой объем прочих работ, лежащий на его плечах много лет а его уже увольняют, абсолютно не считаясь ни с опытом, ни с солидным стажем, ни с верностью санаторию. Мало того – при этом ту же должность сохраняют за молодым напарником, пришедшим менее года назад и не имеющим никакого опыта!

Такой несговорчивый Щукин

DSC_0018Посчитав выбор А.Н. Логвина несправедливым, ветеран здравницы решил протестовать. Он начинает писать жалобы и обращения в разные инстанции: обо всем, что накопилось, о многочисленных нарушениях и недостатках в деятельности санатории за последние 3 года – в общем, озвучивать все, о чем молчал до сих пор или предупреждал руководство устно, чтобы, по его признанию, не портить отношения. «Я старый работник, работу свою знаю, с обязанностями своими справляюсь… Меня сокращают только из-за моей принципиальности, непримиримости к действиям моего начальника, которые вредят санаторию, которому я отдал немалый отрезок своей жизни», – пишет В.Н. Щукин 22 апреля 2015 года в своем обращении к прокурору города.

И сообщает сенсационную информацию: в компрессорном помещении, откуда подается воздух в приборы для  ингаляций в лечебный корпус № 1, больше года работает сварочный аппарат, и о вреде такого воздуха он неоднократно устно предупреждал Логвина, однако  безуспешно. «Вместо того, чтобы направить усилия на скорейшее решение этого вопроса, он хочет правдами и неправдами побыстрее избавиться от меня», – пишет рабочий. Он сообщает в надзорные органы и делает достоянием гласности также целый ряд других нарушений действующего законодательства, допущенных руководством санатория. В частности, о том, что слив от раковин новых массажных кабинетов, оборудованных в лечебном корпусе №1, над которыми массажисты отмывают руки от крема, выведен прямо в ливневую канализацию, что засоряет ее и является прямым нарушением санитарных правил. Он также бьет тревогу по поводу установленных при монтаже бойлера на новом теплообменнике отводов из черного металла. «При контакте с нарзаном, являющимся агрессивной средой, трубы интенсивно окисляются и окрашивают в темный цвет нарзан, поступающий в ванны. Из-за этого ваннщицам приходится сбрасывать большое количество нарзана, идет большой перерасход. Я записывал это в журнал», – сообщает Щукин директору в служебной записке. На здравницу обрушивается череда проверок со стороны надзорных органов: прокуратуры, Роспотребнадзора, инспекции по труду. Отвечают, по его словам, не все, и проверки рабочему кажутся формальными. Обращается он и к вышестоящему начальству. И вот 1 июня наконец-то получает уведомление за подписью директора-главного врача Р.И. Меличко, в котором черным по белому написано: «Действие вашего трудового договора не прекращается. Вы продолжаете работу в прежней должности слесаря-сантехника по обслуживанию минералопроводов и грязевых установок инженерно-эксплуатационной службы № 1 на прежних условиях». Если до этого, как мы уже знаем, Владимиру Николаевичу предлагали выбор вакансий, от которых он отказался, добиваясь сохранения прежней должности и прежней оплаты, то теперь он смог расслабиться: поверил, что вопрос снят. Предложение занять вакансию слесаря-сантехника ИЭС принял его напарник.

Но затишье оказалось обманчивым: спустя всего полгода, 12 января 2016-го Щукин… вновь получает уведомление о сокращении с 14 марта. А новый список из трех предлагаемых вакансий выглядит просто издевательским: уборщик территории на полставки, подсобный рабочий, а также уборщик производственных и подсобных помещений – все с окладами ниже прожиточного минимума: от 3250 до 6154 рублей. В отчаянии ветеран здравницы начинает вновь биться за право остаться в родном санатории на достойной должности. В надежде на поддержку он опять пишет вышестоящему руководству, приводит множество доводов в доказательство того, что работа, которую он выполняет, далеко не ограничивается одним бойлером, на который якобы поставлена автоматика. Автоматика эта, заключающаяся, по его словам, в единственной электрозадвижке для регулировки подогрева нарзана в бойлерной, никак не заменяет работу слесарей по обслуживанию самого нарзанопровода, многое продолжает выполняться вручную. Владимир Николаевич задается вопросом: «А кто же будет обслуживать все коммуникации, минералопровод и все оборудование, связанное с ним? Те же нарзанные ванны, 24 кабины, на которых приходится часто менять запорную арматуру из-за агрессивной среды нарзана? Все изобретенные и смонтированные мной лично аппараты кишечного промывания, оборудование для гинекологического орошения? А ведь помимо этого мы обслуживаем кабинеты врачей, массажистов, все процедурные, все коммуникации, связанные с горячей и холодной водой, отопительную систему. Какая автоматика сможет обслуживать все это?»

На этот вопрос нам при встрече ответила руководитель санатория Раиса Ивановна Меличко:  «Обслуживать будет на полставки инженер КИП и просто слесарь. Кроме того, сейчас у нас есть второе отделение с нарзанными ваннами, процедурными кабинетами, там все обслуживается дежурным слесарем-сантехником, квалифицированным рабочим, который уже при необходимости, например, при отпуске слесарей лечебного отделения, справлялся со всеми обязанностями». Что ж, нам остается поверить директору на слово. Хотя берем на заметку: не мешало бы спустя какое-то время поинтересоваться штатным расписанием.

Загадки с ответами и без

А проверки в санатории продолжаются. В доказательство нарушений, допущенных руководством санатория, Владимир Щукин обнародовал целый набор иллюстраций: снимки компрессорной, сварочного аппарата и стола для сварки, сливных труб с вытекающим непонятным и неприятным содержимым, выведенных в ведущие в ливневку зияющие дырки в каменном полу, фотографии чопиков и хомутов, закрывающих дырки на трубах. И еще расчерченный на графы, испещренный цифрами рукописный листок – по мнению Владимира Николаевича, наглядное доказательство процветания в санатории системы пресловутых «откатов». Он убежден, что с этого-то листка, собственно, все и началось: якобы отказался несговорчивый ветеран санатория делить свой заработок с новым руководством – не привык. Но эту тему мы оставили тем, кто имеет соответствующие полномочия. А сами отправились по следам рабочего, пытающегося отстоять право продолжать ту работу, которой отдал два десятилетия и которая, по его убеждению, остается по-прежнему востребованной. Очень уж хотелось понять первопричину конфликта.

Наша попытка взять комментарий у государственного инспектора труда (по правовым вопросам) Игоря Рудченко результатов не принесла: без подготовки он не смог вспомнить сути проверки, проведенной год назад, а на следующий день ушел на больничный.

Осмотрев все прославившиеся помещения, мы ужасов уже не обнаружили. Благодаря проверкам,   нарушения ликвидируются в авральном порядке (что, согласимся, уже неплохо). При этом, по словам В.Н. Щукина, хитроумно заметаются их следы: непример, таинственно исчезает журнал заявок, в котором ваннщицы не раз сообщали о поступлении нарзана коричневого цвета, и другие подтверждения его правоты.

В ливневую канализацию, как мы выяснили, трубы были выведены из новых массажных кабинетов. Замдиректора по АХЧ Михаил Гогишашвили рассказал, что раньше шесть массажистов работали в одной комнате, а теперь оборудовано семь массажных кабинетов. Из раковин, установленных в каждом из них, и поспешили сделать слив. Но – удивительно! – не разобрались, где проходит хозяйственно-фекальная, а где ливневая канализация, в которую изначально сливается нарзан после процедур и в которую как раз вывели неочищенную, жирную от крема воду. Руководители объясняют это тем, что схемы внутренних канализационных сетей в лечебном корпусе попросту нет.

– А ведь Владимир Николаевич прекрасно знал, как проходят внутренние сети, – возмущается Раиса Меличко. – Почему же он во время работ нам не сообщил, что это ливневая канализация, и мы нарушаем нормы?

Но простите: неужели главный инженер за три года своей работы не увидел дыр, пробитых в бетонном полу внутри помещения, не поинтересовался, что проходит под ними?! И подводя трубы с хозяйственно-фекальной канализацией к этим отверстиям, не заметил – простите! – отсутствия характерного запаха, говорящего о том, что это все-таки ливневка? Даже если начальнику ИЭС для этого требовалось спросить слесаря-сантехника, то почему же не спросил?

Учитывая, что массажные кабинеты открылись, по общему утверждению, в 2015 году, совсем парадоксально выглядит адресованная директору СКУ служебная записка Логвина, заступившего на работу в 2013-м: «Сообщаю Вам, что ремонтные работы по замене канализации в кабинетах №№(перечисление)  лечебного корпуса №1 были выполнены до моего выхода на работу в санаторий. О том, что выпуск из раковин вышеперечисленных кабинетов производится в ливневую канализацию, я узнал 10.02.2016 г. Из жалобы слесаря-сантехника по обслуживанию минералопроводов и грязевых установок Щукина В.Н. в Роспотребнадзор…».

Проведенная Роспотребнадзором проверка факт нарушения подтвердила, было возбуждено дело об административном правонарушении и на начальника ИЭС А.Н. Логвина наложен штраф на сумму… 500 рублей (в соответствии со ст. 6.3 КРФоАП, предусматривающей в данном случае штраф от 500 до 1000 рублей). В свою очередь, главный инженер решил обратиться в прокуратуру с заявлением о привлечении неугомонного подчиненного к ответственности за клевету…

Не меньше вопросов возникает и вокруг компрессора, подающего воздух для ингаляций.

– В должностной инструкции Щукина четко прописано, что он обслуживает компрессорную установку и следит за санитарным состоянием, – рассказал Александр Логвин. – Так что при малейшем нарушении в работе он должен был доложить руководству, сделать запись в журнал. А запись отсутствует. Значит, этого факта не было!

Опять парадокс: факт нарушения был. Это, хоть и не без труда, но мы выяснили. Ведущий специалист-эксперт Роспотребнадзора по Кисловодску Виктор Кириенко и исполняющая обязанности начальника отдела Светлана Курилова наотрез отказались давать комментарии или показывать какие-либо документы. Зато с их подачи через некоторое время поступил звонок от замруководителя Управления Роспотребнадзора по Ставропольскому краю Натальи Шаповаловой, которая сообщила: факты нарушений, указанных в обращении Щукина по поводу канализации во втором крыле санатория и по поводу компрессорной, подтвердились. Наталья Аркадьевна даже заверила нас, что письменный ответ Владимиру Николаевичу был направлен еще 25 февраля, и назвала исходящий номер письма. Однако никаких следов этого ответа нам обнаружить не удалось. В почтовом отделении по месту жительства, куда поступает вся корреспонденция, В.Н. Щукина  заверили, что за прошедший период на его имя никаких писем не поступало.

А Раиса Ивановна Меличко недоумевает:

– Роспотребнадзор приходил, инспекция по труду приходила, прокуратура приходила. Сколько  времени уходит на все это, на всякие проверки! Сколько бумаги, писанины! Но если проверяющие органы не находят того, что Щукин пишет, это о чем говорит?

Мы тоже недоумеваем: так ли уж «не находят»? Как выясняется, очень даже находят. Хотя, конечно, многое исправлено. И исправлено, в конечном счете, благодаря неугодному и неудобному Щукину, который в течение шестнадцати лет почему-то нормально уживался с коллективом и руководством, а нынешнему стал не нужен.

Но Владимира Николаевича пока уволить не удалось: он почти месяц находится на больничном из-за старой язвы, обострившейся на нервной почве. Кто же ответит за обиду, полученную ветераном учреждения вместо благодарности за многолетний труд? Впрочем, и возвращаться в некогда родной и любимый санаторий, он уже не жаждет. Слишком больно.

Ирина СТРЫЖКОВА.

НА СНИМКАХ:

В.Н. Щукин.

0018 Главный инженер А.Логвин.

Массажный кабинет.

Нарушения в санатории, которые пришлось срочно устранять. Фото В.Щукина

Поделиться или сохранить к себе:
Наш Кисловодск
Добавить комментарий

Нажимая на кнопку "Отправить комментарий", я даю согласие на обработку персональных данных, принимаю Политику конфиденциальности и условия Пользовательского соглашения.