НЕУТОМИМАЯ МАРИЭТТА

НЕУТОМИМАЯ МАРИЭТТА(6+)21 марта (по новому стилю – 2 апреля) 1888 г. родилась Мариэтта Сергеевна Шагинян. Появилась на свет будущая писательница, поэтесса и публицист в Москве. Она была дочерью известного врача Сергея Давыдовича Шагиняна, приват-доцента Московского университета, часто бывавшего на Кавказских Минеральных Водах и имевшего на курортах врачебную практику. Первый приезд Мариэтты Шагинян в Кисловодск пришёлся на 1899 г. Так что курорты наши были ей знакомы с детства.

Шагинян получила хорошее образование, как домашнее, так и в частных пансионах. В 1912 г. окончила Высшие женские курсы В.И. Герье. Уже тогда публиковала свои ранние литературные сочинения (до 1917 г. вышло 4 книги стихов). Большое влияние на становление её как писательницы и публициста оказала дружба с выдающейся супружеской писательской парой того времени – Зинаидой Гиппиус и Дмитрием Мережковским. В 1912-1914 гг. Мариэтта Шагинян жила в Германии, где изучала философию в Гейдельбергском университете. С 1915 г. некоторое время жила в Ростове-на-Дону, сотрудничая в качестве корреспондента с целым рядом южно-российских газет. Также преподавала в консерватории эстетику и историю искусств. В те предреволюционные годы молодая писательница неоднократно бывала в уже знакомом ей Кисловодске, где невольно становилась свидетельницей больших и неуклонных перемен в российской жизни. К тому времени Шагинян охладела к Мережковским, но видела их в Кисловодске. Она записала в 1916 г. так: «Лето на Минеральных выдалось необычайное: в первой половине июня стояла ещё весна. Отошли дожди, небо без облачка, деревья в светлой, молодой, ещё не густой, кудрявой зелени, пропускавшей золотые кружочки солнца на землю, дивный горный воздух Кисловодска, особая курортная, празднично яркая толпа в аллеях парка, а на даче «Затишье» – ожидавшая меня открытка Сергея Васильевича». Здесь речь идёт о письмах и открытке от С.В. Рахманинова. И Шагинян продолжает: «В первый же день по приезде я узнала, что Мережковские тоже в Кисловодске, и до поездки своей к Рахманинову не удержалась и пошла к ним. Встреча наша была очень тяжела, как бывает у близких когда-то друзей, изживших своё отношение дотла и уже не знающих, что им делать при встрече».

Летом 1917 г. Шагинян не захотела встретиться с Мережковскими, хотя и видела их в Кисловодске неоднократно (но каждый раз – издали). Она писала о вечере Займа Свободы, состоявшемся 28 июля в кисловодском Курзале, так: «Мы с мужем узнали из афиш, что в курзале состоится торжественный концерт, устраивает его офицерство в день Займа Свободы. Выступало в концерте много «знаменитостей», и цены были «аховые». Из последних рядов глядели мы с мужем на сцену, и мне казалось, что я гляжу в обратные стёкла бинокля на умалившееся, бесконечно далёкое, уходящее прошлое». В этом вечере приняли участие не только Д.С. Мережковский и З.Н. Гиппиус, но также и С.В. Рахманинов. Шагинян в тот кисловодский вечер уговаривала Сергея Васильевича не покидать Россию, зная о его плане эмигрировать, чтобы спасти благополучие семьи от революционных потрясений. Но, как мы знаем, выдающийся композитор в конце 1917 г. покинул родину навсегда.

В начале 1920-х годов была опубликована крайне недоброжелательно встреченная М. Горьким повесть Мариэтты Шагинян «Перемена», в которой писательница ярко показала обстановку, царившую в Кисловодске между Февралём и Октябрём 1917 г., когда прославленный курорт стал «убежищем» для многих представителей высшей аристократии и верхов финансово-промышленного мира.

«Кисловодский парк полон туалетов, немного отсталых, это правда, – парижские моды пришли с опозданием.

В курзале офицерство даёт блестящий концерт в пользу Займа Свободы – и на афише чета Мережковских, молодые публицисты, поэты, крупнейшие музыканты. Парадно звучит «Марсельеза», приподнятая из раковины курзала блестящим огромным симфоническим оркестром под магическим жезлом Рахманинова.

Ночь кавказская тепла, душна, пахнет близким дождём, духами, сигарой, тонким гастрономическим запахом с веранды буфета и розами. Пахнет горными травами, речкой, ольхою подальше. Электричество пачками бросает сияние вниз, и в каждом кружке его ослепительная возня ночных насекомых – бабочек, мошек, жучков, а внизу, в его свете, – толчея дорогих туалетов, холёных мужчин, пропитанных дымом сигары, с лакированными проборами, дам в меховых накидках. Мелькают изящные ножки в ажурных чулках и миниатюрнейших туфельках.

Пикник свободы с ракетами, хлопаньем пробок, бравурными звуками парадно разыгрываемой «Марсельезы», с безупречными официантами, впрочем, отказывающимися от чаевых (им проставляется в счёт), – всё идёт как по писанному». Повесть Шагинян наглядно показывает, что тогдашний Кисловодск не чувствовал или же всеми силами старался не чувствовать катастрофу, которая неуклонно надвигалась на Россию.

Октябрьскую революцию Шагинян приняла с воодушевлением. После установления советской власти на Дону работала инструктором Донского отдела народного образования, директором прядильно-ткацкой школы. Продолжала заниматься литературным творчеством. В 1920-1927 гг. жила и работала в Петрограде, в 1927-1931 в советской Армении. Сотрудничала с газетами «Правда» и «Известия», работала лектором. В 1931 г. переехала в Москву, где прожила всю оставшуюся жизнь. В академии Госплана им. В.М. Молотова изучила прядильно-ткацкое дело, минералогию, энергетику. Работала инструктором, лектором на предприятиях и заводах. Избиралась депутатом Моссовета. В 1941 г. за книгу о Т.Г. Шевченко получила степень доктора филологических наук. С 1950 г. стала членом-корреспондентом Академии Наук Армянской ССР. Была лауреатом Ленинской и Сталинской премий. Творческое наследие писательницы составляет более 300 печатных листов статей, свыше 70 книг переводов и произведений художественной литературы, рецензий и докладов. В 1920-х гг. большой популярностью пользовались созданные в разные годы части авантюрно-приключенческой трилогии «Месс-Менд». Одна из них – «Лори Лэн, металлист» написана на отдыхе в Кисловодске. Шагинян бывала на любимом курорте так часто и подолгу, что её дочь – будущий живописец и график Мирэль Яковлевна Шагинян (1918-2012), одно время училась даже в местной школе. Большую известность получил опубликованный в 1928 г. весьма своеобразный «роман-комплекс» под названием «Кик», что расшифровывается как «Колдунья и коммунист». Создав его, Шагинян выступила в роли новатора отечественной литературы. Именно в Кисловодске осенью 1924 г. было написано стихотворное посвящение к роману «Кик». Возможно, что фигурирующий в произведении санаторий «Красные скалы» был списан с кисловодского санатория «Красные камни» (но не того, что сейчас так называется, а того, который недавно ещё был детским санаторием «Сосновая роща»). Также к наиболее известным произведениям Мариэтты Сергеевны относится роман «Гидроцентраль», вдохновлённый строительством Дзорагетской гидроэлектростанции в Армении. Причем некоторые его главы писательница также создавала на отдыхе в Кисловодске. Еще одна известная книга Шагинян «Семья Ульяновых» на несколько десятилетий была изъята из всех библиотек страны за то, что в ней содержались некоторые правдивые, но не совместимые с официальной идеологией факты. Особенно это касалось некоторых подробностей родословной В.И. Ленина.

В самые преклонные годы Мариэтта Шагинян продолжала хранить верность любимому курорту Кисловодску. Борис Матвеевич Розенфельд в книге «Малознакомый Кисловодск» (М., 2003 г.) пишет: «Ещё недавно в санаториях и на улицах Кисловодска можно было увидеть старую даму со слуховым аппаратом. Это была Мариэтта Сергеевна Шагинян. Она знала наши курортные города с детства… Она знала здесь каждый уголок и порою темпераментно вступала в спор с лекторами, знакомящими отдыхающих с историей Кавказских Минеральных Вод. Экскурсовод нам рассказал: однажды к его группе присоединили весьма пожилую даму. Экскурсия была дальняя. Шофёр досадливо поморщился: «Вот ещё обуза – старуха!» Но это была «неутомимая Мариэтта», она не только не отяготила группу, но заморочила их всех: без посторонней помощи взбиралась на все горки и горы, всё хотела увидать, обо всём узнать».

Скончалась Мариэтта Сергеевна Шагинян 20 марта 1982 г. в Москве, всего две недели не дожив до 94-летия. Похоронена на московском Армянском кладбище.

Вячеслав ЯНОВСКИЙ, краевед.

“Кисловодская газета”

Поделиться или сохранить к себе:
Наш Кисловодск
Добавить комментарий

Нажимая на кнопку "Отправить комментарий", я даю согласие на обработку персональных данных, принимаю Политику конфиденциальности и условия Пользовательского соглашения.